И радость и горе и обет целомудрия


Последние несколько недель мы с Эллочкой только и говорили о Лиде, вспоминали как мы с ней на машине за городом катались и на ГАИшников нарвались, о том, какие она прекрасные стихи нам тогда читала и какие чудесные песни под гитару пела, о том, как она в спортзале нас своим спортивным мастерством удивляла, и как она здорово, профессионально в бассейне плавала. Часто слушая наши разговоры, Марта не верила, что мы с Эллочкой с таким восхищением об одном и том же человеке говорим.

- Макс, скажи, неужели Лида действительно такая замечательная женщина, как девочки о ней рассказывают? Ты ведь её хорошо знаешь.

- В действительности она ещё лучше! - восхищённо отвечал ей Макс. - Только вот в личной жизни ей не везёт.

- Но почему, если она такая красивая и умная?

- Не знаю, может потому, что ей одни уроды в жизни попадаются, а может потому, что парни её боятся. Уж больно она красивая! Для того чтобы это понять - нужно её хотя бы один раз увидеть!

Узнав, что Лида вернулась из Штатов, я тут же помчалась к ней домой, но в прихожей столкнулась с Леночкой.

- А тебя чего сюда черти принесли? - увидев её, набросилась я на неё. - Ты что, теперь к Лиде пришла каяться?

- Я вообще-то не знала, что она приехала, - обиженно ответила Леночка. - Я с Галиной пришла поговорить, по личному вопросу.

Но Галины дома не было и Лида, узнав, что мы к ней пришли, потащила нас к себе в комнату. Разложив на столе фотографии, она стала восторженно рассказывать нам о своей жизни и учёбе в Америке. С замиранием сердца я слушала её, втайне представляя, с каким наслаждением я бы обняла её, а, может быть даже и поцеловала, если бы здесь не было этой настырной бухгалтерши Леночки.

Из состояния сладких грёз меня вывел приезд Галины. Приехала она не одна - с собой она привезла старого институтского знакомого Лиды, Мишу. Несмотря на привлекательную внешность, Миша оказался, мягко говоря, слабохарактерным парнем. Из их разговора я поняла, что между ними когда-то что-то было, но они давно уже расстались. С тех пор они не виделись уже около восьми лет, и вот Галина где-то нашла его и зачем-то притащила к Лиде, да ещё и стала откровенно ей его навязывать. Лиде это, конечно, не понравилось и она послала и Мишку и Галину куда подальше, а сама так наклюкалась, что начала ругать всех на чём свет стоит. Обидевшись на неё, Миша уехал, прихватив с собой Леночку, а мы с Галиной стали успокаивать Лиду, но не тут-то было! В тот вечер она столько уже выпила, что другая, на её месте, наверно давно уже в коматозное состояние впала бы. Разругавшись окончательно, Лида послала нас с Галиной куда подальше и ушла.

- Ничего! - глядя ей вслед, недовольно пробурчала Галина. - В одном халате и тапочках далеко не уйдёт! Поостынет немного и вернётся!



Когда же она не вернулась через час, мы всполошились не на шутку и бросились её искать - но Лида как сквозь землю провалилась. Тогда к нашим поискам присоединилась кухарка Даша, Степан и даже охранники, находившиеся в тот день на дежурстве в доме. До самого утра мы с Галиной бегали по шоссе, ведущем в город, охранники тщательно прочесывали лес, прилегающий к дому, но все наши поиски никакого результата не принесли. Утром, приехавшие к нам на помощь Макс с Костей, объездили все больницы, побывали, даже, в моргах, но результат был тот же! Через несколько дней Лиду объявили во всероссийский розыск, но известий о ней никаких не было - она пропала бесследно.

Так проходили дни за днями, недели за неделями, а через два месяца её искать, практически, прекратили. Никто из нас уже не сомневался, что с Лидой случилось что-то непоправимое. В доме воцарился настоящий траур. От крайней безысходности Галина впала в состояние крайней депрессии. Боясь чтобы с ней чего-нибудь не случилось, я постоянно находилась рядом с ней, но однажды ночью она куда-то ушла и я, подсознательно почуяв что-то неладное, очень за неё забеспокоилась. И не зря - когда она не вернулась через полчаса, я разбудила Семёна, и мы бросились повсюду искать её. Нашли мы её с петлёй на шее в чулане для продуктов. В ту ночь нам удалось спасти Галину, но с тех пор она замкнулась в себе. Закрывшись у себя в комнате, она просидела так несколько дней как в келье, а через неделю поехала в женский монастырь на встречу с игуменьей. О чём они там разговаривали, никто из нас не знает, но с тех пор игуменья зачастила к нам домой.

Настоятельница женского монастыря игуменья Алексия, довольно молодая женщина лет сорока, хорошо образованная и умная, приезжала к нам чуть ли не каждый день. Приезжала она обычно к обеду, а уезжала только поздно вечером. Мы уже даже стали побаиваться, чтобы Галина не ушла к ней в монастырь, ведь тогда она была бы должна всё своё имущество и капитал раздать нищим или, другими словами - подарить этому монастырю. Наши опасения на этот счёт подтвердились. Однажды я случайно увидела у Галины на письменном столе файл с документами. Заглянув в него, я обнаружила Устав монастыря:

Православный женский монастырь - это церковное учреждение, в котором проживает и осуществляет свою деятельность христианская община, состоящая из лиц женского пола, объединенных посредством обетов целомудрия, нестяжания и послушания и посвятивших себя молитве, труду и благочестивой жизни… Послушание состоит в постоянном добровольном смиренном подчинении себя воле другого с решительным отвержением собственной воли и собственного разумения. Истинный послушник выполняет послушание именно так, как ему указано, ничего не опуская и не прибавляя. Дающий обет послушания утверждается на словах Священного Писания: "Аще кто хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой и по мне грядет"…



В тот же день я поехала к Марте. Только она могла отговорить Галину от необдуманного поступка. Вечером, того же дня, мы с Мартой вошли в комнату к Галине.